— Олег, это не твой дом. Это квартира моих родителей, — Лена горько усмехнулась. — Давай будем честны: у нас ничего не получается. Пора это признать.
Он не нашёл, что ответить, поэтому ретировался в комнату и сел за ноутбук. Но мысль не давала ему покоя: «А куда я пойду? К родителям… с ними и так отношения натянуты». Ссора повисла в воздухе, и в последующие дни всё повторялось: они спорили из-за мелочей, а в основе каждого конфликта лежало одно и то же — безразличие к жене, которую он считал «серой мышью», смешанное со страхом остаться без крыши над головой.
Всё дошло до предела: Олег окончательно разозлился и сам подал на развод. «Это я решаю, а не она, — упрямо бормотал он. — В конце концов, у меня есть родители, есть куда пойти». Он собрал вещи и уехал к Тамаре Ильиничне и Игорю Сергеевичу, хотя и без особого энтузиазма. Лена на развод согласилась спокойно.
Заявления в ЗАГС — и вскоре они официально перестали быть мужем и женой.
Прошло три года. Олег всё это время жил у родителей. Поначалу он думал, что «вот отдохну пару месяцев и вернусь к нормальной жизни: сниму квартиру, найду новую девушку, которая будет разделять мои идеалы». Но увяз, как в болоте. С работой всё было безрадостно: денег хватало только на скромные удовольствия. Да и перспективы как-то не вырисовывались. Родители ворчали, что сыну уже за тридцать, а он всё ещё сидит на их шее.
И вот однажды, в холодный весенний вечер, Олег возвращался после встречи с другом. Шёл он мимо маленького уютного кафе, где в витрине ярко горели светильники. Олег решил заглянуть погреться. Но, подойдя ближе, вдруг замер: у входа стояла Лена. Та самая Лена, которую он оставил три года назад в её квартире. Но это уже была другая женщина: уверенная осанка, аккуратная причёска, строгая, но элегантная одежда и спокойный взгляд. В руках — ключи от машины. Судя по марке, недешёвой.
«Вот это да…» — подумал Олег и сам не заметил, как подошёл к ней.
— Лена? — окликнул он.
Она обернулась, узнала его не сразу, но тут же улыбнулась. Олег заметил, что улыбка не та, что прежде — робкая и смущённая, а по-настоящему спокойная и уверенная в себе.
— Привет, Олег, — произнесла она. — Рада тебя видеть! Как ты?
— Да нормально… — он поправил шарф, ощущая какую-то растерянность. — Вижу, у тебя всё хорошо.
— Скажем так, я теперь живу так, как всегда мечтала, — Лена ответила без тени пафоса.
— Вот как… — Олег сглотнул, стараясь проглотить вместе с комом в горле и растущую зависть. — А… ну ты молодец. Работаешь там же?
— Нет, я сменила сферу. Открыла свою студию флористики. Сначала боялась, но… — тут она улыбнулась. — Нашёлся человек, который меня поддержал.
— Кто это? — слова сами сорвались у него с губ.
Прежде чем Лена успела ответить, из дверей кафе появился высокий мужчина в пальто. Он подошёл к Лене и обнял её за плечи:
— Любимая, там столик освободился, пойдём?
Лена обернулась к Олегу, представила мужчину:
— Это Вадим, знакомься. Вадим, это Олег, — она улыбнулась мужчине, тронутая его заботой. — В общем, Олег, я была рада тебя увидеть. Я… надеюсь, у тебя тоже всё будет хорошо.
Олег кивнул, чувствуя, как внутри закипает буря. Глядя на Вадима, он вдруг ясно осознал: Лена — совсем другая, не та «серая мышь», которой он её считал. Она раскрылась, как тот цветок, что он сам же описывал, но только не с ним, а с кем-то другим.
— Лена… — он хотел сказать что-то вроде «прости меня», но все слова застряли в горле. — Рад за тебя, правда.
— Спасибо, Олег, — ответила она тихо, но уверенно. — Береги себя.
Вадим улыбнулся Олегу, слегка кивнул, и они скрылись за стеклянной дверью кафе. Олег почувствовал, как холодный ветер буквально пронизывает его насквозь. Он на миг закрыл глаза и вспомнил: «Живу с замёрзшим бутоном…» — это он в своё время грубо бросил Лене. А теперь вот бутон расцвёл, а он сам остался за дверью, в прямом и переносном смысле.
Через большие окна кафе было видно, как Лена и Вадим общаются о чём-то, смеются. Он смотрел на их жестикуляцию, искренние улыбки и ловил себя на мысли, что весь вечер у него уже испорчен. И не только вечер — ощущение пустоты в душе нарастало. Когда-то и он мог стать для Лены источником уверенности, поощрить её к переменам, поддержать в стремлениях. Но сам выбрал совсем другое.
Олег, опустив голову, отошёл от кафе. Наверное, если бы он сейчас увидел сам себя, то понял бы, что позеленел — от зависти, от досады и, возможно, от мучительного чувства упущенной возможности.
