– Машеньке нужно отдельное жилье, – заявила она как-то сыну. – Иначе она никогда не выйдет замуж. Нужно разменять квартиру.
Александр хотел было напомнить, что он как-то смог жениться без отдельной жилплощади, но сдержался. Трехкомнатную квартиру в приличном районе получил еще его отец. После размена Маша оказалась в двухкомнатной, мама – в однушке.
Саша не получил ничего. Мама сказала, что у него и так все есть. Впрочем, он и сам давно перестал рассчитывать на семью, более того – не хотел быть обязанным матери. Так и объяснил тогда жене:
– Она мне всю кровь выпьет, если я начну свою долю требовать. И твоей кровью запьет.
– Там не только твоя доля, о внуках она подумала?
– Люда, мы сами заработаем детям на жилье. А нет – они тоже не безрукие.
… Узнав об инсульте, Саша тут же помчался в больницу. Несмотря на сложные отношения с мамой, он ее любил, поэтому очень переживал. Врач сразу предупредил его о последствиях, и о том, что жить одна мать больше не сможет.
Перспективу ухаживать за свекровью Людмила восприняла с ужасом, но понимала: выхода нет. Сразу искать Раисе Васильевне пансионат ей не позволила совесть. А когда они с Сашей приехали в больницу на выписку, сердце невестки дрогнуло.
Вместо властной и желчной женщины она увидела беспомощную старушку. Когда они оказались в машине, Раиса Васильевна с трудом проговорила:
– Спасибо, сынок, на Машку надежды нет.
После болезни характер женщины несильно изменился. Как и раньше, она была безмерно требовательна к окружающим, злилась, когда ее что-то не устраивало. Но делала это все-таки реже и без прежней энергии: на полноценные истерики просто не хватало сил.
Люда старалась относиться к свекрови с терпением. Конечно, совсем без ссор не получалось. Но невестка понимала, что Раисе Васильевне тяжело и это лучше не усугублять.
Маша навестила болящую всего пару раз, на предложение разделить ответственность за мать пожала плечами и сказала:
– У меня нет времени, и нет денег. А вы же хорошо зарабатываете, вон какой дом отгрохали! Если дело затянется, потянете и пансионат для нее оплатить.
На следующий день Людмила затеяла уборку.
– Спасибо, дочка, – вдруг проскрежетала Раиса Васильевна.
Невестка вздрогнула: свекровь никогда так ее не называла.
– За что спасибо? – как можно добродушнее ответила Люда. – Вы мать Сашина, бабушка моих детей, мы же родня. А кто нам поможет, если не родные люди?
– Спасибо, что никуда меня не сдали, – проговорила старушка. – Страшно мне туда.
В глазах ее стояли слезы. Видимо, она услышала неприятный разговор, происходивший на кухне.
– Перестаньте! Никуда мы вас не отправим. И вообще, вы еще до 100 лет проживете.
… Раиса Васильевна прожила с ними всего пару лет.
Спустя несколько дней после похорон стало известно, что свекровь изменила завещание. Саша подтвердил – он сам вызывал нотариуса, когда Люда была на работе.
– А что там менять? – удивилась жена. – Вас же двое всего.
– Мама попросила исключить меня из завещания, чтобы квартира осталась дочке, – горько усмехнулся муж. – Сказала, что Маше нужно оставить пассивный доход, иначе она пропадет.
– И ты согласился?
– Конечно. Зачем расстраивать маму перед смертью? А мы и сами все заработаем.
