– Спит, наверное. Ей трудно роды дались. Бедра узкие, фигура у неё такая, тяжело рожать было. Но я помогу, мы же подруги. Пойдем, покормим тебя, я гуляш такой вкусный сделала.
Но как ни старалась Аля, отношения с Игорем оставались лишь дружескими. Он продолжал с обожанием смотреть на жену, а с Алей был просто дружелюбен.
Она решила усилить старания, стала приходить чаще и задерживаться подольше. И в один из дней нарвалась на Татьяну Фёдоровну.
– А ты что здесь крутишься? – возмутилась мать Вари, заглянув однажды к дочери после работы. – Вань, что она у тебя хозяйничает?
– Мам, ну ты что? Аля мне очень помогает. Я одна бы не справилась.
– Ты домработницей её наняла, что ли? Умней ничего не придумала? Без мужа хочешь остаться?
– Зачем вы всё время мне гадости говорите? – вспыхнула Аля. – Я только помочь хочу.
– Знаю, чего ты хочешь. Не вчера родилась. Видела на свадьбе, как облизывалась на Игорька. Иди, по добру, по здорову.
Мать буквально вытолкала Алю из квартиры.
– Не будь наивной дурочкой, – ругала она дочь, – неужели не понимаешь, чем это может закончиться? Мужики – народ слабый. Не успеешь опомниться, как подруженька тебя матерью-одиночкой сделает.
– Ну, если уйдет, значит не любит. Не стану удерживать силой. Только по-моему, ты ошибаешься, зря Алю обидела. Она мне правда, очень много помогала.
– Ой, дура девка. Не послушаешь мать, не реви потом. Гони её!
– Она и сама теперь не придет, – грустно вздохнула Варя.
Но она ошиблась.
Через несколько дней Аля заявилась не в конце дня, как обычно, а пораньше, когда все на работе, и никто не сможет помешать её плану.
Варя только что убаюкала дочку и гладила бельё в большой комнате, стараясь не шуметь, чтобы не разбудить.
– А я боялась, что ты уже не придёшь. Не обижайся на маму, она у меня вообще паникёр, – Варя чувствовала себя виноватой из-за скандала, устроенного матерью.
Аля села на диван, закинула ногу на ногу.
– А мать твоя всю правду сказала, – сузила она глаза. – Это только ты не видишь. Или притворяешься, что не видишь. Мы с Игорем давно любим друг друга. Он просто тебе признаться боится. Жалеет тебя, убогую кривоногую. Неужели думаешь, кто-то может в тебя влюбиться? Ты посмотри на себя! Три волосинки в пять рядов, ножки, как у козы рожки, ни рожи, ни кожи. Это всё про тебя. Красотка! Ха-ха! И умом не вышла. Малярша! Да кому ты нужна? Он женился на тебе из жалости только. Да ещё из-за выгоды, удобно иметь свою маляршу домашнюю, занимаясь строительным бизнесом.
– Боже мой… Остановись, Аля, – прошептала Варя побелевшими губами, – пожалуйста, замолчи…
– Я долго молчала, но сейчас всё, больше молчать не могу. У нас ребенок с Игорем скоро будет. И любит он только меня. По-настоящему! Так что, отпусти его, не мучай.
Варя посмотрела беспомощно на двери спальни. Аля тоже повернула голову. И привстала в растерянности, не зная, куда бежать. В дверях стоял Игорь. Он пришёл на обед, хотел немного вздремнуть и, неожиданно, стал свидетелем грязной сцены.
Он молча подошёл к Але, приобнял за плечи и повёл к выходу.
Она послушно пошла с ним, оглушённая его неожиданным появлением.
Он подождал, пока она туфли наденет. Открыл дверь и протянул руку вперёд, указывая направление, куда ей идти.
Она вышла из квартиры, оглянулась растерянно.
– Не надо, – сказал он. – Не ходи сюда больше.
Закрыл дверь, вернулся в комнату к плачущей Варе.
– Ни одному слову не верь, – сказал он строго, как никогда раньше. – Ничего у нас с ней не было, и быть не могло. Не нужна она мне, не в моем вкусе.
– Я и не верю, – всхлипнула Варя. – Но почему она меня так ненавидит?
– Завидует просто, это ж понятно. – Он подхватил её на руки и унес в спальню, чтобы утешить и ещё раз доказать свою преданность и любовь.
Ровно через девять месяцев в этой счастливой семье родился Антошка, как две капли воды похожий на папу.
Где Аля, Варя уже не знает. И не интересуется. Не нужны ей больше помощники
