— А теперь что будет? Соня беременна, они используют это как новый аргумент.
— Ничего не будет. Я не позволю им давить на тебя.
На следующий день Саша развесила объявления о сдаче квартиры. Вскоре нашлись жильцы — молодая семья с маленькой дочкой. Соня с Максимом сняли однокомнатную квартиру в спальном районе.
Татьяна Михайловна не оставляла попыток повлиять на ситуацию. Каждый раз, когда Дима приезжал к родителям, она начинала издалека:
— Сонечка так плохо себя чувствует. Токсикоз замучил. А квартира съемная, хозяева шумные, соседи курят на лестнице. Разве можно беременной в таких условиях?
Дима молчал, и мать продолжала:
— Вы хоть представляете, сколько они на аренду тратят? А ведь скоро малыш родится, Соне в декрет уходить. На какие деньги квартиру снимать?
Саша теперь старалась пореже бывать у свекрови. Но сплетни все равно доходили — родственники передавали. Соня с матерью рассказывали всем, как Саша выгнала беременную женщину на улицу, позарившись на деньги.
— Она даже полицией угрожала! — возмущалась Соня. — А ведь я ношу ее племянника или племянницу.
Саша не выдержала, позвонила свекрови:
— Татьяна Михайловна, давайте раз и навсегда проясним. Я не собираюсь отдавать квартиру Соне. Ни сейчас, ни после рождения ребенка. Можете прекратить давить и распускать слухи.
— Какие слухи? Я просто рассказываю, как есть. Ты выбрала деньги вместо семьи.
— Нет, я выбрала память о бабушке вместо ваших манипуляций.
— Манипуляций? — возмутилась свекровь. — Я о дочери беспокоюсь! Она в положении, ей нужны нормальные условия.
— А когда вы обо мне беспокоились? Когда бабушка заболела, вы хоть раз спросили, нужна ли помощь? Нет, вам важнее было устроить Сонину личную жизнь.
— Ах вот ты как заговорила! — Татьяна Михайловна повысила голос. — Попрекаешь меня? Да, я люблю свою дочь и хочу ей помочь. А ты… ты мне никогда родной не была!
— Наконец-то вы честно сказали. Только не надо теперь прикрываться заботой о семье.
В трубке раздались короткие гудки. Вечером позвонила Соня:
— Ты довольна? Мама плачет из-за тебя!
— Соня, я не хочу это обсуждать.
— Конечно, тебе все равно! Главное — денежки капают! А мы мучаемся, ютимся в однушке…
— У вас есть крыша над головой. Многие и о такой мечтают.
— Ты злая и жадная! Я не хочу больше иметь с тобой ничего общего!
Прошло несколько месяцев. Соня с Максимом продолжали снимать квартиру. Дима общался с сестрой, но близкие отношения не складывались — она все еще обижалась. Татьяна Михайловна перестала давить открыто, но при каждой встрече старалась кольнуть:
— Ах, как там наши квартиранты поживают? Небось хорошо платят? А Сонечке на шестом месяце так тяжело по съемным квартирам мыкаться.
Однажды Саша случайно встретила маму Максима в магазине. Та остановилась поздороваться:
— Знаешь, я сначала не понимала, почему ты отказалась отдать квартиру Соне. А теперь вижу — правильно сделала.
— Почему вы так считаете?
— Да потому что избаловали девчонку. Все ей на блюдечке подавай. Максим работает, старается, а она нос воротит — то квартира маленькая, то район не престижный. Пусть учится жить по средствам.
Саша рассказала об этом разговоре мужу.
— А ведь она права, — заметил Дима. — Соня всегда была папиной-маминой дочкой. Все ей доставалось легко.
— Поэтому твоя мама решила, что и мою квартиру можно просто так забрать?
— Мама привыкла все контролировать. Но ты молодец, что не поддалась.
В тот вечер Дима долго не мог уснуть. А утром поехал к родителям.
— Мам, нам надо поговорить.
— О чем, сынок?
— О том, как вы с Соней пытались отобрать Сашину квартиру.
— Опять ты за старое…
— Нет, мам, послушай. Ты не права. Ты все время говоришь о семье, но семья — это не когда отбирают чужое. Это когда уважают друг друга.
— Я уважаю…
— Нет, не уважаешь. Ни Сашу, ни ее чувства, ни память о ее бабушке. Ты думаешь только о том, чего хочет Соня.
— Потому что она моя дочь!
— А Саша — моя жена. И я больше не позволю вам ее обижать.
