Вечером она неожиданно вернулась с мужем.
— А чего это вы так рано? Мы же вам дали отдохнуть пару дней? – забеспокоилась Катя.
— Катя, нам с тобой надо поговорить. – Анна выглядела встревоженной.
— Что случилось? Вы решили мне девчонок своих отдать? Я только за! – пошутила Катя.
— Нет, я хочу выносить ребенка для тебя. Если чужую маму ты не потянешь, да и боязно, то уж своя-то надежнее.
— Ты серьезно? – на глаза Кати навернулись слезы.
— Да. Правда тебе придется заплатить немного за то время, пока я не смогу работать. Но это выйдет куда дешевле.
— Я согласна! — не думая, выпалила сестра и заключила Анну в крепкие объятия.
Катя не могла поверить, что сестра ради нее пойдет на такой серьезный шаг. Она заметила, что муж Анны был явно не в восторге. Улучив возможность, Катя шепотом спросила сестру:
— Анна, а твой муж не будет против? Не получится так, что вы не сможете мне ребенка отдать?
— Ты же родная, так что сможем. Мы будем с ним постоянно общаться. Ты вот две недели с моими девчонками просидела, не захотела же их себе забрать?
— Захотела, но ты ж не отдашь, — засмеялась сестра, не понимая, как могли они столько лет потратить на бессмысленные обиды и ссоры.
Пройдя все необходимые обследования и сдав анализы, Анна отправилась с сестрой к репродуктологу – выбирать отца будущему племяннику.
— Чувствую себя как-то странно, – Анна шагала по коридору медцентра и озиралась. — Будто в брачном агентстве сидим, мужа тебе выбираем.
— Ну нет, с мужьями я завязала. Мне за семь лет одного хватило. Сейчас выбор еще серьезнее. Ведь с мужем можно развестись, а с генетикой своего ребенка – нет. Надо тщательнее выбирать, чтоб потом не удивляться, в кого сын лопоухий или косоглазый…
— Сын? – дополнила Анна.
— Я почему-то уверена, что у меня будет мальчик. Вернее, у нас.
— У меня мальчики не получаются. Вся надежда на тебя и одного из вот этих товарищей, – Анна махнула рукой в сторону анкет доноров.
Выбрав одну анкету, женщины начали готовиться к процедуре.
Спустя два месяца Анна и Катя уже сидели дома и смотрели на тест на беременность, ожидая результата.
— Если там одна полоска, я больше пытаться не буду. Это знак! Это судьба меня наказывает! – нервничала Катя.
— Успокойся. У меня осечек не бывает. Я дважды легко и быстро беременела. Уверена, сейчас все получилось, — подбадривала сестра.
Женщины уставились на тест, жутко волнуясь. Вдруг на тесте медленно проявилась вторая полоска, объявив, что Катя тоже в скором времени сможет стать мамой.
— Я не верю! Это просто сон! – заплакала она, глядя на крошечный кусок бумажки.
На первое УЗИ сестры должны были отправиться вместе. Катя не смогла на него попасть, так как ее отправили в командировку по работе. Ко второму скринингу она готовилась заранее. Так как планировалось узнать пол малыша. К сожалению, руководитель отдела отказался войти в положение и отпускать Катю с работы пораньше. Кате пришлось ехать быстрее. Она нервничала и почти не следила за дорогой. В итоге, на одном из оживленных перекрестков она выскочила на красный и столкнулась с внедорожником. Основной удар пришелся на сторону водителя. Катю не успели довезти до больницы. Она скончалась в машине скорой помощи.
В это время Анна лежала на кушетке в кабинете УЗИ и слушала врача о том, что плод в норме, развивается как и положено, патологий не выявлено. Анна думала о сестре, пытаясь придумать оправдание этой «горе – матери», которая безумно хотела успеть посмотреть на своего сына, но все-таки пропустила такое важное событие. О том, что будет мальчик, врач сообщил практически сразу.
— Ого, вот это мужичок! Богатырь будет!
— Крупный?
— Не могу сказать точно, но если будет расти такими темпами, будет килограмма на четыре. Это первый ребенок у вас?
— Третий. – Анна не стала пояснять, что является суррогатной мамой.
— А первые детки крупные?
— Да, почти по четыре, обе.
— Значит долгожданный парень? Отлично! Ждите здоровяка.
Взяв заключение врача, Анна вышла из кабинета. На телефоне она обнаружила несколько пропущенных звонков от сестры и сообщение о том, что она немного опоздает — задержали на работе. После этого сообщения прошло полчаса. Уже можно было и пешком дойти. Анна почувствовала неладное и набрала номер сестры.
— Добрый день, — ответил в трубке незнакомый мужской голос.
— Добрый день. А вы кто? Это ведь номер моей сестры… — растерялась Анна. — Я номером ошиблась?
— Нет, не ошиблись. Ваша сестра попала в ДТП. Я – сержант полиции Иванов. Ее увезли на скорой, в третью городскую. Звоните туда, о ее состоянии вам там сообщат точнее.
— Она жива?
— На момент приезда скорой была жива.
Анне показалось, что у нее подкосились ноги. Схватившись за перила, она с трудом смогла спуститься по лестнице и дойти до лавочки. В голове стучала одна мысль – «Она жива, а ты должна сохранить ее ребенка. Успокойся. Возьми себя в руки!» В этот момент малыш, словно почувствовав неладное, начал активно шевелиться, показывая, что теперь Анне предстоит думать о нем куда больше.
Несколько раз глубоко вздохнув, чтобы вернуть себе возможность здраво мыслить, Анна начала искать номер приемного отделения указанной гаишником больницы. Оказалось, что дозвониться сразу просто нереально. Заказав такси, Анна решила сама поехать в больницу и все выяснить на месте.
Прошел еще час прежде, чем она нашла того, кто смог ей хоть что-то разъяснить.
— Девушка после ДТП! Да! Что? Подождать? Сколько? – Анна слушала, как медсестра в приемном обзванивала кого-то в поисках информации о Кате.
Наконец девушка смогла дозвониться. Изменившись в лице и бросив быстрый взгляд на Анну, она положила трубку и сказала:
— Пойдемте со мной.
Она завела Анну в какую-то полутемную комнату:
— Вы присядьте. Я смотрю, у вас ребеночек будет. вам нельзя нервничать.
— Девушка! Хватит тянуть резину! Что с моей сестрой? Она в коме? Инвалидом останется? Говорите уже!
— К сожалению, вашу сестру не удалось спасти. Она скончалась в скорой. Там не было шансов. Примите мои соболезнования.
Анна будто провалилась в глубокую яму без дна и летит, летит, летит…
С того момента она плохо помнила происходящее. Как приехали родители и муж, как плакала мама, как муж предупредил, что отвезет дочек к своим родителям. Как кто-то подходил и предлагал помощь с похоронами.
Оказалось, потерять сестру, едва обретя ее, было ужасно больно. Видя, как опускали в могилу гроб, Анна думала о том, что Катя могла быть сейчас жива, если бы не эта их затея с ребенком.
Анна поделилась своими мыслями с мамой:
— Мам, это я виновата, что Катя погибла. Не предложила бы эту идею с ребенком, она бы так не гоняла.
— Нет, Аннушка. Ты не виновата, и никто не виноват. Кому что суждено, то и сбудется. А ты теперь носишь ее ребеночка. Ты не переживай, мы с папой его сами воспитаем, — бесцветным голосом говорила мама.
— Нет.
— Что нет? Ты рожать его не будешь?
— Буду, но я не отдам его вам. Вы на пенсии, какой вам ребенок? А у меня муж давно сына просил. Пусть радуется.
— Но это не ваш ребенок. К тому же, не известно, кто там.
— Катя была уверена, что это мальчик. И она права. Это теперь мой сын. Я его воспитаю достойно.
Спустя несколько дней после похорон муж решил завести с Анной неприятный разговор.
— Аннушка, ну что делать будем, когда в больницу?
— Зачем? Я нормально себя чувствую. – Анна стояла у окна и смотрела на заснеженный двор.
— Как зачем? Аборт делать! Это ж Катин ребенок. Не наш. Куда его теперь? Кати-то нет.
— Ты в своем уме? У меня двадцать третья неделя! Какой аборт? – обернулась Анна.
— Ну, значит донашивай и в детдом. Мне чужой не нужен. Лишний рот кормить не стану, — отрезал Михаил, включая телевизор.
— Он не чужой. Это мой племянник! Я его никому не отдам. Это Катин сын!
— И что? Давно ли вы такие дружные стали? Столько лет не разговаривали, а сейчас что ты – воспылала сестринскими чувствами! Мне этот ребенок не нужен! Мне своих двух хватает. Был бы мой – ладно. А чужого никогда не приму.
— Уходи, — еле сдерживаясь, сказала Анна.
— Куда я уйду. Это мой дом, — ухмыльнулся Михаил.
— Это наш дом. Твой, мой и дочек. Так как дети со мной останутся, моих здесь аж три четверти.
— Ой, да забирай. Ты себе и так яму выкопала, одна с тремя, без работы! Учти, я алименты буду только на девок платить! Этого, — Михаил кивнул на округлившийся живот Анны, — сама воспитывай. Только попробуй на меня его записать.
— Я его на себя запишу, не переживай.
Через несколько дней Михаил собрал вещи и ушел. На развод подал сам, но процесс затянулся из-за беременности Анны и наличия маленьких деток.
Спустя положенное время Анна родила крепкого горластого мальчика, удивительно похожего на Катю. Родители старались помочь дочери с внуком, как могли. Нельзя сказать, что одной с тремя детьми ей было легко. Порой бывало, накатывала такая усталость и отчаяние, что хотелось выть. Но ни в один из таких моментов она не пожалела, что оставила племянника себе и не послушалась мужа. Мальчик рос смышленый, активный и очень ласковый. Анне казалось, что сын к ней даже ближе, чем дочки.
Много раз женщина планировала рассказать сыну правду о том, кто его родители, но каждый раз не находила слов. И нужно ли ворошить прошлое?
Между тем, дети росли, одна за другой вышли замуж и уехали из родного дома дочки. Разъехались по разным городам, иногда звонили по праздникам маме, но приезжать в гости не торопились. У них все хорошо, своя жизнь, свои заботы. Сын же не смог уехать от матери. Он настолько привязан к любимой мамочке, что ему и в голову не приходило оставить ее одну и уехать в поисках счастья. Саша счастлив здесь, рядом со своей мамой, которая отдала ему лучшие годы своей жизни.
— Мам, тебе замуж надо! Вот тогда и я со спокойной душой смогу уехать от тебя, — шутил он, когда мама задавала вопросы по поводу его будущего. – Одной оставаться тебе нельзя, то кран потечет, то труба лопнет. Кто чинить будет?
— Я о тебе беспокоюсь, — говорила Анна, — тебе жениться пора. В твои годы влюбляются, создают семьи…
— Мамуль, ты моя семья, понимаешь? Ты.
Саша помогал маме во всем: готовил ужин и отдавал часть своей зарплаты. Как единственный мужчина в семье, он ощущал свою ответственность за нее. Сестры жили далеко и приезжали редко. Когда Саше исполнилось тридцать, Анна раскрыла ему правду о его родной матери. Его реакция была неожиданно спокойной.
— Мам, ты меня выносила, родила и воспитала. Кто может быть роднее? А Катя… Жалко, что все так сложилось. Но я не мог бы желать лучшей мамы, чем ты. Значит, так должно было случиться. Ты – моя мама и только ты.
