– Чего? – Свекровь сверкнула искрометным взглядом, и крикнула в глубину квартиры, – Валерка, а ну хватит дрыхнуть! Иди свою мадам поставь на место!
Валерий вышел из комнаты, сладко потягиваясь на ходу.
– Привет, родная! – он чмокнул Веру в щеку, и посмотрел на мать, – Чего шумишь?
– Ну вот, прогоняет меня твоя супружница! – сказала с таким пренебрежением, что Вере захотелось вышвырнуть ее за порог своими руками.
– Вер, это я ее привел, чего ты? Она без жилья осталась, нам позвонить даже не могла, новых номеров не знала. Я ее встретил на вокзале, где она уже больше недели перебивалась как-то, ну не мог я ее на улице оставить, все-таки, она моя мать!
– А квартира моя! – с горечью крикнула Вера, – И нам самим здесь места мало!
– Ой, а то я потесню! – вмешалась свекровь, – вон, на кухне киньте мне какую подстилку и хватит!
– Кухня — не приют для бездомных! – парировала Вера.
– Вер, послушай, ну, зачем ты так, – Валерий погладил ее по спине и увлек в комнату, – Присядь, послушай! Мать попала в затруднительную ситуацию. Сожитель ее обманул, сначала вытягивал все ее сбережения, ей на себя совсем не оставалось, видишь же, как она выглядит теперь, потом вынудил продать квартиру, чтобы, якобы, им на юг перебраться, о чем она всегда мечтала. Сказал, будто нашел уже там дом, поехал договариваться. А она, как только квартиру продаст, переведет ему деньги и следом поедет. Он к ее приезду уже все оформит. Ну, так она и сделала. А как деньги перевела, он перестал на звонки отвечать и сам не позвонил ни разу. Мы должны ей помочь, Вер, ну не чужие ж люди! Ты же юрист, попробуй отменить сделку продажи.
– Валерик, ты в своем уме? Причем тут добросовестные покупатели? Они приобрели квартиру честным путем, если только твою мать под дулом пистолета не заставили бумаги подписать, да и то, это еще доказать пришлось бы.
– Ну а того гада наказать? Может быть, повернуть, что она не туда перевела или еще как-то? За мошенничество привлечь, пусть возвращает все!
– Валер, ну ты вот взрослый человек, а говоришь какие-то глупые вещи. Он не дурак, наверняка, и вряд ли станет деньги возвращать, он их мгновенно успел вывести куда-то, по-другому быть не может. Но даже, если! Даже если его удастся найти, удастся привлечь и ему присудят вернуть эти деньги, то он просто сможет возвращать по тысяче в месяц и никто его за это не накажет – он ведь не откажется платить, а просто, всей суммы у него, конечно же, не будет. Неужели же она не понимала, к чему это может привести, когда только связывалась с этим юнцом?
– Ну, сделай хоть что-нибудь, Вер! Не бросим же ее на улице. Мать ведь, как ни крути!
– Неприятно напоминать, но прости, Валер, она-то думала, что ты ей сын, когда нас прогоняла в неизвестность? Да она даже не спросила о ребенке, зная, что в тот момент я была беременна. Она-то нас, по всей видимости, чужими считает, и если бы не припекло, то никогда бы и не вспомнила.
– Ну, знаешь ли, кто старое помянет…
– Вот именно! Давай не будем старое вспоминать, но сейчас пусть твоя мама собирается и ищет себе другое пристанище. Я не хочу жить в собственной квартире в стесненных обстоятельствах, и не буду!
– Вера, ты же добрый, чуткий человек! Если бы она была твоей клиенткой, ты бы тоже к ней так отнеслась?
– Я не против помочь ей, составлю заявление в полицию, и только. Дальше пусть она сама добивается справедливости, но в доме моем для нее места нет! Я не забыла, что по ее вине случился выкидыш тогда! Я не забыла, как сидела на холодной лавочке полночи! Не обижайся, но покажи ей, где дверь.
– Я не смогу выставить мать на улицу!
– Не сможешь? Ну, тогда сними для нее номер в гостинице из своих накоплений, или квартиру сними на месяц, а дальше пусть сама решает, как ей быть, не маленькая девочка, справится!
– Не думал, Вер, что ты такой жестокой окажешься. Вот недаром говорят, что живешь с человеком и не знаешь, чего от него можно ожидать!
– Как ты прав, дорогой! Не думала, что ты забудешь, как Ада Николаевна когда-то с нами поступила. Ради тебя, твоей семьи, она отказывалась разменять свою квартиру, а какому-то проходимцу все отдала до копеечки.
– Нельзя быть такой злопамятной, Вера!
– Нельзя? Да я теперь не знаю даже, смогу ли стать когда-то матерью! И ты мне говоришь нельзя?!
– Вера, прошлого не вернуть, а вот сейчас от нас напрямую зависит судьба не чужого для нас человека.
– Лично для меня этот человек совершенно чужой! – выкрикнула Вера. – Говорю последний раз! Я хочу отдохнуть в спокойной обстановке, завтра мне предстоит разобрать сложный случай клиента, поэтому, реши вопрос со своей матерью, но не в моей квартире! Не можешь указать ей на дверь, иди вместе с ней.
– А и правильно! – Заскочила в комнату свекровь! Идем, сынок, тебе зачем жена такая? Бросает в беде, разве ж так можно?! А с тобой что случись, она ж без сожаления на улицу вышвырнет, как ненужного пса.
– Так, надоели, оба! Вон пошли из моего дома! Плохая у тебя жена, Валерик, угоди хорошей мамаше, ступай вместе с ней, только немедленно! Мне тоже такой муж не нужен, которому плевать на мои чувства!
– Ой, да какие у тебя там чувства могут быть?! – Ада Николаевна входила в раж.
– Действительно, никаких! И именно поэтому, если вы немедленно не уберетесь, я вышвырну все ваши вещи с балкона!
– Собирайся, мам, – сказал Валерий и обжег супругу взглядом, – найдем, куда поехать.
– Так и чего, не поедим даже? Я ж там сготовила, и винишко…
Вера горько усмехнулась.
– С собой заберите!
Через несколько минут дверь громко хлопнула. Вера вздрогнула и, упав на кровать, горько заплакала. В памяти до сих пор были живы моменты, когда свекровь их выставляла без капли сожаления, как они сидели под дождем, искали в телефоне объявления по интернету, звонили, потом эта комната с тараканами, страх и… выкидыш. Этого Вера не смогла бы никогда простить. Не из тех она была, кто может все понять и простить. Она мечтала о ребенке, и ее лишили этого счастья.
А может, она все же неправа? Может, судьба распорядилась так тогда, а вот сейчас, наоборот, Аду Николаевну в ее квартиру привела, чтобы проверить Веру, испытать на человечность. Может быть, стоило помочь, и муж был прав?! До самого утра Вера так и не смогла уснуть, а надо было ехать на работу. Она решила позвонить Валерию, узнать, как они, где, но абонент был недоступен.
Вере пришлось собраться, выпить кофе покрепче и ехать в офис. Взяв документы с собой, она попросила помощницу беспокоить ее только по очень серьезным вопросам. Вернувшись домой, она сначала удивилась, что дверь не заперта – неужели не закрыла, уходя? Но, тихонечко войдя, увидела все те же ботинки и услышала голоса.
– И деньги все, что есть, забери. Ты тоже зарабатывал! – настаивала Ада Николаевна.
– Да мы наличку не храним, – ответил ей Валерий.
– Карты, значит, все забери, обналичишь, нечего ей оставлять! Тебе теперь каждый рубль пригодится, чтобы Наде угодить. Хорошая женщина, молодец, что не был верным для этой стервочки Верочки! Настоящий мужик всегда любовницу имеет!
– Мама, Надя мне не любовница.
– Ай, да ладно! Думаешь, я не заметила, как она на тебя смотрит, влюблена, как кошка в марте!
– Да, она ко мне неравнодушна, потому и повез тебя к ней, знал, что не прогонит.
– Скажи еще, что между вами не было ничего! Так я и поверю, как же!
– Была одна ошибка, после корпоратива, но это ничего не значит, понимаешь! Я Веру люблю. Вот пусть понервничает немного, научится мужа уважать и мать его любить, потом и вернусь к ней, а пока у Нади поживем.
– Зачем тебе сдалась эта Верка, со своей однокомнатной? У Надюхи-то, и комната для меня будет отдельная, и сама она по-человечески меня приняла. Вот с ней и оставайся!
– Мама, решатся все твои проблемы, и ты снова будешь жить самостоятельно, вот только Вера подсуетится, как тебе помочь.
– Вера не подсуетится! – услышал голос жены и вздрогнул от неожиданности. – Ну точно, судьба всем управляет, не иначе! Ведь не просто так все происходит, а то бы так и не узнала, что рога ношу, а они меня, прости, не украшают.
Вера присела в кресло и принялась наблюдать, как Валерий складывает вещи в сумку.
– Я послежу, а то еще мои прихватишь, – сказала она и подумала, как все-таки правильно она вчера поступила, – И да, карты твои все пусты, если помнишь, а на мои ты даже не рассчитывай, а то сам же останешься должен, я же юрист, как ты любишь сам напоминать!
Мужчина нервничал и, не собрав все вещи, застегнул молнию на сумке и, кивнув матери, вышел молча из комнаты. Не стал оправдываться, не стал просить прощения.
«Ну вот и все!», – подумала Вера, когда они вышли из квартиры и позвонила мастеру, чтобы сменил замки.
